Обо всем        08 июня 2014        106         Комментарии к записи Иосиф Хусенский. Мои бизнес университеты отключены

Иосиф Хусенский. Мои бизнес университеты

В течение достаточно долгой и насыщенной событиями жизни, я уже с детства был тесно знаком с тем, что такое подпольный, то есть нелегальный, иначе запрещённый бизнес. Мои родители ежедневно творили чудеса бизнес смекалки и невероятного человеческого мужества. И всё ради того, чтобы быть (жить, есть, одеваться) не хуже других. У них не было ни образования, ни хорошей специальности, как у тех других, кто мог воровать на работе, или тех, кто работал не рабочим за копейки, а инженером, врачом, адвокатом, офицером,  за достойную зарплату, и что особенно важно, соответствующий высокий социальный паёк. Дающий право на отдельное жильё и доступ к спец распределителям или блату.

Ведь в то время, всё (бытовую технику, одежду, путёвки в санаторий) можно было купить по блату за двойную или тройную цену или получить доступ по мизерной цене от государства. А отдельное жильё получали только номенклатурные работники. К которым мои родители в то время не относились.

  Наша семья, единственная полная, из 6 семей этого дома жила в  коммунальной квартире на втором этаже (мансарде) с общей кухней, разделённой на два отдельных жилища. До ремонта в 1955 году в квартире жили 3 семьи. Мой папа еженощно и ежевечерне шил тайно сапоги на продажу. Шил папа, а мама была соучастницей сокрытия бизнеса и менеджером продаж. Шить сапоги это значит стучать, по голове ниже живущих соседей. И хотя на дворе были 1955-1960 послевоенные годы, и в СССР такая деятельность была категорически запрещена. Они на свой страх и риск продолжали упорно и отважно трудиться. И что самое поразительное в этой истории, что их никто из соседей не выдал. Хотя они нам завидовали, и как евреев не любили. Видно ненависть к постылой советской  власти и её порядкам была ещё сильнее. Жили мы тогда в городе Пинске. Это бывшая территория западной Польши. Территория нагло отобранная у Польши в 1939 году.   Мои родители родились в Соседней области Белоруссии Гомельской. Близ города Мозырь. Недалеко от того места, где построена Чернобыльская АЭС. Но после войны из эвакуации людям, всё равно было куда ехать. Родные жилища после войны и немецкой оккупации были всё равно разорены и уничтожены. А Пинск в экономическом плане был более предпочтителен, чем Мозырь. Они оба после войны оказались в Пинской Типографии. Где и познакомились. После армии, через пару лет работы резчиком в типографии, папа вернулся к своей привычной с детства родовой деятельности. Он был потомственный сельский сапожник. Наверное, этому способствовало и увеличение нашей квартиры до 2-х комнат. После капитального ремонта дома.
бизнес тренер иосиф хусенский с семьёй  Вот так в возрасте 5 лет я впервые ощутил страх разоблачения,  замешанный на надежде будущей лучшей жизни и запахе ацетона.

В принципе  любого бизнесмена, если он в здравом уме, всегда преследует страх грядущей  неудачи. Но этот страх, который ещё именуют риском ни по каким параметрам  не может сравниться со страхом разоблачения подпольной цеховой  деятельности в послевоенной Социалистической  Белоруссии.    Мои родители постоянно рисковали и боялись и всегда хотели, чтобы я  никогда подобным трудом не занимался. Они мечтали, чтобы я получил после  школы образование. Какое-нибудь специальное. Окончил техникум. Им было  всё равно кем. Лишь бы не занимался тяжёлой физической работой Об  институте они даже не мечтали. Они даже не смели думать о том, что я,  болезненный и еле учащийся на тройки мальчик из необразованной семьи  сельских евреев мог бы в будущем стать врачом или инженером и жить в  большом городе. Главное для них было, чтобы я не был рабочим на тяжёлой работе. Они наверное, даже не осознавали, что самым тяжёлым фактором в их работе была не физическая составляющая, а психологическая и эмоциональная. Они просто хотели, чтобы я жил хорошо, но без постоянного, удушающего радость жизни, страха. Жил сытно, но без необходимости заниматься запрещённой деятельностью. И жил бы не в Пинске маленьком районном городке, а где-нибудь в большом столичном городе с театрами и музеями. Я их все тайные чаяния со временем выполнил с лихвой.   По детской наивности, я не понимал всей тяжести положения нашей семьи, но косвенно меня это всё равно коснулось. С одной стороны. Я по жизни имею прекрасную и уникальную по силе и ценности практическую школу эффективного ведения мелкого бизнеса в неблагоприятных условиях. А с другой стороны  — мощнейший страх от разоблачения кем-то ведения  бизнеса не по правилам рынка. А по другому в России его вести просто невозможно.

            Мой папа по сути был выдающимся предпринимателем. И мама от него не отставала. У меня перед глазами много лет существовала супер эффективная деловая структура. И два супер эффективных менеджера и предпринимателя. Они между делом, в подпольных условиях и в стране тотального дефицита  сделали успешный бизнес проект. Наладили выгодное, постоянное, и бесперебойное производство и сбыт сапог в стране, где не просто нельзя было шить дома сапоги, но для этого ещё и ничего не было. А всё, что производилось на фабриках и заводах не продавалось, а распределялось по разнарядке, спущенной сверху.   Поэтому для того чтобы шить сапоги, нужно сначала добыть все составляющие этого процесса, потом все элементы, а их десятки сложных операций и действий объединить в готовую пару сапог, и после этого её ещё надо продать. Весь цикл большого предприятия ложился на плечи одного работника. Отдел снабжения и логистики, производственный отдел в виде нескольких различных цехов, и отдел маркетинга и продажи. Надо сказать, что последних двух отделов на советских фабриках и заводах не существовало в природе.    Что произошло со мной в дальнейшем. Так, как моим родителям всё равно было, где я получу высшее образование, то я к 30-ти годам имел целых два высших образования. Я работая врачом, выучился на инженера. Параллельно с работой врача скорой помощи в Ленинграде, я окончил заочно политехнический институт и защитил диплом с рекомендацией в аспирантуру. Получил второй диплом по специальности инженер — системотехник. А в придачу ещё и аспирантуру по педиатрии освоил. Но в это же время, я ушёл от первой жены в никуда. Оставив сына. Из очень благоустроенной и вполне определённой жизни я попал в жизнь студента у которого непонятно что будет делать завтра и где будет жить. 
          После нескольких лет дорогостоящего съёма квартир, я стал жить в общежитии скорой помощи. Не стал защищать почти готовую диссертацию и увлёкся новым делом.  Это дело — вождение и ремонтированные собственной машины своими силами (руками), которую я на первых порах вождения, периодически очень сильно и часто разбивал и ломал.
  Попасть на станцию тех обслуживания было крайне сложно, поэтому практическим восстановлением работоспособного состояния машины я занимался сам. Надо сказать, у меня это неплохо получалось: и разбивать и ремонтировать машину. Я в своём Москвиче за 6 лет, только двигатель сам не перебирал, а так……   Так, как я работая врачом скорой помощи отлично знал город, то между дежурствами я ещё и бомбил. Не для денег. Просто нечего было делать дома, да и ездить самому за рулём поначалу очень нравилось. А чего ездить самому. Вот так и прожигал время: сутки на работе по всему городу мотаешься, потом часов 12 за рулём. Попутно туда сюда заедешь. Вечером в общагу. А там более 400 молодых и свободных женщин. Малина.   Но, всё же в 37 лет я опять женился….. Эта женитьба тоже меня до добра не довела. Но она, каким-то образом помогла мне расстаться с моей врачебной деятельностью. Которой я занимался очень хорошо, и была масса благодарных пациентов. Но это было не моё. Я ведь потомственный ремесленник и цеховик. Одним словом предприниматель. А работа врача мне уже порядком надоела. Она стала мне не интересна и скучна. Однообразная деятельность меня долго не держит. А работа врача, через 10 лет работы на скорой помощи превращается в набор заведомо известных даже фельдшеру и водителю алгоритмов. В 95% случаев в работе скорой помощи врач вовсе не нужен. Это очень хорошо понимают за границей. Где на скорой помощи работают пара медики, даже не фельдшера. Водители, прошедшие несколько месяцев специальной подготовки.
  С 1989 года я уже переквалифицировался на кооператора. Создал на гребне кооперативной волны медицинский многопрофильный кооператив для обслуживания детей на дому. Назвал его соответственно «Карлсон» и окунулся с головой в различные бизнес проблемы. Мне было очень интересно этим делом заниматься ровно 3 года. За это время я нашёл нужных исполнителей, необходимые помещения и оборудование, наладил мощную и постоянную рекламу, взял себе трёх заместителей. И к 1992 году я так наладил процесс большого притока наличных для себя, что один зарабатывал больше, чем все врачи 20 и 24 педиатрических подстанций вместе взятых. А на них служили в 1992 году около сотни врачей педиатров. А сам реально работал 3-4 дня в месяце. Основной моей работой стало деньги собирать в конце каждого месяца. Эту деятельность я никому не делегировал.
          Мне опять стало скучно, но и страшно. Наверное стали всплывать детские воспоминания. Денег у родителей много, а показать их в общем — то и нельзя. По нынешним временам массового распила бюджета, перегонки сырья, и распродажи государственных заводов — зарабатывал я очень мало. А вот по тем голодным временам для всей интеллигенции СНГ, я деньги не считал. И таких состоятельных кооператоров в городе было на тот момент не более 2-3 тысяч человек.  1 на  несколько тысяч жителей. 
  Наличный приток денег был такой, что можно было легко ежемесячно покупать 4-5 тысяч единых проездных карточек на все виды транспорта. Я помню, она тогда стоила — 6 рублей. Другой эквивалент в период галопирующей инфляции, как-то не приходит в голову.  В магазине и я и жена покупали всё, что видели. Цена не имела значения. бизнес тренер иосиф хусенский с семьёйДеньги текли рекой и сквозь пальцы. Тратились почти все без остатку. Застолья, обеды в ресторане и дома, отдых на природе, сауна с большим количеством нахлебников и «друзей»много шмуток, безделье: — вот такая жизнь у меня сложилась к концу 1993 года.   В 1994 году я убежал от этой рутины в Гербалайф. Сначала ничего не понимал и тратил налево и направо ранее заработанные деньги. И пока кооператив, который я пустил в свободное плавание, ещё приносил какие-то деньги — я не осознавал, что такое МЛМ. И что такое бизнес в МЛМ. В 1995 году поток из кооперативы иссяк. А в МЛМ, я умел только тратить, но не зарабатывать. Навыки из кооператива не годились в сетевом маркетинге. В кооперативе я был единственным успешным продавцом, который сам продавал услуги, но которые обслуживали другие. В кооперативе я был вне конкуренции. Хозяином продаваемых мною услуг. 
  В сетевом маркетинге всё не так. Здесь надо всё делать самому и ещё этому учить других. Здесь нельзя ничего делегировать другим. Этот бизнес такого механизма не предусматривает. Когда я это понял в конце 1995 года. Дело пошло на лад и уже весной 1996 года я стал в МЛМ зарабатывать несколько тысяч долларов в месяц. Я сам продавал, сам обслуживал клиентов и сам принимал новых распространителей. И сам учил их навыкам продаж и деловой бесконфликтной коммуникации.
  Со вторым браком получилось не так, как с первым — наоборот. Не я ушёл сам из семьи, а меня ушли из семьи. Да так для меня неожиданно и неприятно, что я психологически сломался. Оказался битым волком без хвоста.  Настолько психологически надломился, что не мог заниматься дальше никаким бизнесом. А в профессию наёмного врача у меня уже возврата тоже не было. После 10 лет свободной и сытой жизни. В клетку зависимого от начальника не хотелось.
  Как в сказке Пушкина остался у разбитого корыта. Как будто и не было вовсе предшествующих 30 лет весьма успешной профессиональной и бизнес деятельности. Я в Петербурге опять попал в ситуацию, как будто только что, приехал после школы учиться в Ленинград. Ни кола ни двора. Ни работы.   Так, как мозги у меня на тот момент совсем отключились, я так, как бумажный кораблик, брошенный в воду, плыл себе по течению. И конечно плывя, постоянно болезненно соображал: почему со мной такое несчастье в жизни приключилось? 
  Постепенно сознание стало проясняться и я стал понимать, что корни всех моих жизненных неудач и бед растут из моего раннего детства. А потом я и вообще пришел к осознанию того, что у всех людей, у которых по жизни приключаются беды и неудачи — причины кроются в их раннем неспокойном детстве.
  В раннем детстве решается будущая судьба взрослого человека и формируется его будущие неудачи и провалы:   Если ребёнка в первые годы жизни мало любят и плохо за ним ухаживают. Не важно по объективным или субъективным причинам.   Если в первые годы жизни ребёнок подвергается физическим и эмоциональным лишениям и физическим и психическим травмам.         Если ребёнок подвергается насилию и унижению со стороны своих родственников и своего детского окружения.   Если психику свободного и раскрепощенного  человека по рождению — ломают дома и в детском дошкольном учреждении под нужды текущих обстоятельств.   Если из индивидуальной и самостоятельной личности ребёнка превращают (дрессируют методом кнута и пряника) в послушный маленький винтик огромной системы.   Если маленькому ребёнку родители не задают чёткий, определённый, и ясный план жизни на его будущее.
Из такого ребёнка вырастает взрослый человек с низкой личной самооценкой, с неясной перспективой на будущее, без личных ясных целей. Такой взрослый, как правило, не живёт своей жизнью, а постоянно выполняет чей-то социальный заказ. Это человек, подверженный чужим манипуляциям. Он выполняют желания, прихоти, и требования,  как правило тех людей, которые его окружают по жизни. И мнение которых, для него значимо. 
  За «поглаживание» по головке, за похвалу готов бесплатно горы сворачивать ради того, кто хвалит. Это называется работать за признание. Линия жизни такого человека напоминает сплошной зигзаг. Она является  выражением тех сил, которые на него воздействовали в определенные моменты его жизни. Жизнь (личная, деловая, общественная) такого человека, такая же организованная и упорядоченная,  как жизнь пушинки тополя на ветру. Она двигается туда, куда ветер дует. Так же ведёт себя по жизни и человек с низкой самооценкой. А таких «успешных» взрослых у нас в стране среди людей старшего (старше 40 лет) возраста — 99,9%.   Такой печальный «диагноз» для человека обратим. Если он это сам поймёт и начнёт искать выход. А выход всегда есть. Это я, Вам точно могу сказать. Доказательство этому — моя личная история. И моя нынешняя жизнь. Счастливая, мною выбранная жизнь.