«Начальству нельзя было оголять тылы». Как в Екатеринбурге произошла вспышка коронавируса

  Новости        11 мая 2020        122         0

"Начальству нельзя было оголять тылы". Как в Екатеринбурге произошла вспышка коронавируса

В Екатеринбурге пациенты и врачи 1-й больницы заразились коронавирусом. Covid-19 подтвердили у 78 человек. Власти проводят эпидемиологическое расследование, а генпрокуратура вынесла предостережение мэру города. Чиновники публично винят медперсонал. Русская служба Би-би-си рассказывает, что происходило в больницах Екатеринбурга с начала эпидемии.

Поздно вечером 22 апреля врач-реаниматолог Олег М. (имя изменено по просьбе собеседника) прилетел из Екатеринбурга в Москву, сел на автобус и доехал до гостиницы, где для него забронировал номер московский департамент здравоохранения.

Незадолго до этого врач подал заявку на сайте ведомства, и его пригласили на работу. Утром следующего дня Олег уже был в депздраве. Там он прошел медкомиссию и тут же подписал бессрочный трудовой договор на работу в одной из московских инфекционных больниц. На выбор ему предложили четыре медучреждения, включая больницу в Коммунарке. Олег хотел устроиться в больницу в Новой Москве, но там не было потребности в кадрах.

Спустя сутки у врача была первая рабочая смена. Весь процесс трудоустройства занял четыре дня, рассказывает Олег. Для того, чтобы уехать на заработки в Москву, на своей работе в Екатеринбурге он ушел на месяц в отпуск.

В Екатеринбурге он работал в крупной больнице, которая уже к концу апреля столкнулась с нехваткой реаниматологов и наплывом коронавирусных больных. Всего в Свердловской области, по данным на 3 мая, зарегистрирован 1091 случай коронавируса. В Екатеринбурге в нескольких больницах заразились медперсонал и работники.

"Начальству нельзя было оголять тылы". Как в Екатеринбурге произошла вспышка коронавируса

Но когда Олег задумывался об отъезде в Москву, ситуация казалась спокойнее. В городе уже появились первые пациенты с коронавирусом, но их было немного. Больницу, в которой Олег работал, подготавливали к приему пациентов с коронавирусом и пневмониями. Плановый прием пациентов в хирургическом отделении отменили. «Остались только неотложные операции. У нас от силы было 30 или 40 больных. У всех снизилась нагрузка, и мы все находились в ожидании того, что у нас будет пропорциональное снижение заработной платы», — рассказывает Олег.

Он объясняет, что не понимал, как будет развиваться ситуация в городе и хотел чувствовать себя полезным. В апреле в Москве уже бушевала эпидемия коронавируса, а на рекрутинговых сайтах появлялись вакансии врачей в московских больницах с зарплатой в несколько сотен тысяч рублей.

«Мне хотелось чувствовать себя полезным, а это ощущение давало бы мне психологическую гарантию того, что я заработаю деньги. Я, конечно, предполагал, что меня могут перевести, но четких задач руководство не ставило», — вспоминает врач.

Несколько анестезиологов-реаниматологов из отделения Олега действительно почти одновременно с его отъездом направили на усиление инфекционного отделения — там не хватало рук. А на днях его закрыли на прием: в отделении закончились свободные койки.

«Я в какой-то степени, наверное, поступил непорядочно по отношению к моим коллегам. — говорит Олег. — Я уехал, когда не было максимальной нагрузки, но эпидемия развивалась. И я таким образом создал дополнительную нагрузку для них».

По словам врача, мнение его начальства в екатеринбургской больнице разделилось, один сказал: «Езжай, посмотришь на эпидемию, как ведутся больные», другой — врач реанимации — был категорически против. «Его мысли понятны — ему нельзя оголять тылы на случай развития ЧС».

Однако, по словам Олега, несколько его коллег из других больниц Екатеринбурга тоже временно уехали в Москву.

Как и почему заразились сотрудники больницы?

Для врачей, оставшихся в хирургическом отделении, где работал Олег, нагрузка менялась постепенно. Сложно было, по словам одного из сотрудников, в те дни, когда на карантин закрывались другие больницы из-за обнаружения там коронавируса, и больных с хирургии отправляли к ним.

Таким днем было 20 апреля — тогда в Екатеринбурге объявили о вспышке заражения Covid-19 в городской больнице №1. О том, что заболели 78 человек, включая девятерых сотрудников, врачи узнали только в этот день, придя на работу. Тестирование всего медперсонала прошло двумя днями раньше, рассказали Би-би-си два сотрудника больницы.

«В понедельник утром начальство сказало: «Доброе утро, вот такая ситуация», выдали костюмы», — говорит сотрудник 1-й больницы.

"Начальству нельзя было оголять тылы". Как в Екатеринбурге произошла вспышка коронавируса

Взять мазки у всех сотрудников решили после того, как у одной из санитарок подтвердился коронавирус. До этого Covid-19 диагностировали у врача-хирурга, который мог заразиться от соседки по подъезду.

Об этом писали местные СМИ, ссылаясь на отчет больницы. В документе говорится, что 15 апреля у санитарки «поднялась температура, появились слабость и кашель». «Ее осмотрел терапевт, женщину с подозрением на пневмонию положили в терапевтическое отделение ЦГКБ №1 — «в нарушение приказа о маршрутизации больных с внебольничными пневмониями», — пишет «Ура.ру», ссылаясь на аналитическую записку больницы.

13 апреля, за два дня до того как санитарке поставили официальный диагноз, был подписан приказ о маршрутизации. В нем, в частности, сказано, что с 15 апреля руководители медицинских организаций должны направлять пациентов с тяжелыми ОРВИ и подозрением на внебольничную пневмонию и коронавирус в специальные клиники, подготовленные для приема пациентов с Covid-19.

Судя по рассказу сотрудника 1-й больницы, с этим приказом медперсонал якобы не успели ознакомить к тому моменту, когда санитарка заболела.

Тем не менее власти винят во вспышке средний медперсонал. «Уже установлено, что основной причиной послужило поведение среднего медицинского персонала, который нарушал санитарно-эпидемиологические требования», — заявил 20 апреля глава регионального Роспотребнадзора Дмитрий Козловский.

На вопрос о том, когда руководство 1-й больницы получило приказ о маршрутизации пациентов с внебольничными пневмониями, в региональном оперативном штабе Би-би-си сказали, что они не фиксируют такие данные. «Все приказы Минздрава находятся в открытом доступе и незамедлительно отправляются в управления здравоохранения городов и лечебные учреждения», — отметили в оперштабе.

Следственный комитет начал проверку. Вице-губернатор Свердловской области Павел Креков заявил, что «все те, кто виноват — начиная от администраторов и заканчивая конкретными виновными, они будут нести достаточно жесткое наказание». Генеральная прокуратура вынесла предостережение мэру Екатеринбурга из-за массового заражения коронавирусом. В управлении СКР по Свердловской области Би-би-си ответили, что «никакой информации по этой ситуации следствие СМИ пока не предоставляет».

По словам сотрудника 1-й больницы, до выхода приказа в медучреждении якобы принимали пациентов с пневмониями. Врачи не исключают, что заразиться пациенты и персонал могли и раньше.

Сотрудник 1-й больницы рассказал Би-би-си о другом случае заражения Covid-19, который произошел до приказа о маршрутизации. У пациентки тесты дважды не диагностировали коронавирус. Положительный результат показал только третий мазок, хотя симптомы — кашель, температура — были еще перед первым тестированием. Третий раз мазок отправили на анализ после компьютерной томографии, на которой врачи обнаружили «матовое стекло» — изменение в легких типичное при пневмонии, вызванной коронавирусом. По словам сотрудника 1-й больницы, женщину после положительного анализа отправили в 40-ю больницу, которая тогда принимала пациентов с Covid-19.

«Понимаете, да? Эти мазки — фигня полная», — полагает собеседник.

Сотрудник 1-й больницы говорит, что после подтверждения Covid-19 у пациентки весь медперсонал тестировали и ни у кого не был обнаружен коронавирус. Би-би-си не удалось дозвониться до главного врача 1-й больницы.

"Начальству нельзя было оголять тылы". Как в Екатеринбурге произошла вспышка коронавируса

«Анализ ПЦР зачастую не срабатывает в связи с тем, что у пациента забирают материал для него из носоглотки. Но если человек находится в стадии заболевания, когда инфекция уже опустилась ниже, в носоглотке вируса может не быть, надо искать его в бронхах», — отмечал главный специалист по лучевой и инструментальной диагностике департамента здравоохранения Москвы Сергей Морозов.

Московский депздрав признал КТ легких единственным достоверным исследованием на коронавирус. В приказе свердловского минздрава от 13 апреля также говорится, что предварительный диагноз Covid-19 врачи могут ставить до получения ПЦР-теста при обнаружении «матового стекла».

Врачи 1-й больницы и других екатеринбургских стационаров, с которыми поговорила Би-би-си, считают, что вспышка была неизбежна, так как у многих пациентов болезнь протекает бессимптомно.

А всем ли медикам регулярно проводят тесты? Два собеседника Русской службы Би-би-си в инфекционном и хирургическом отделениях 40-й больницы сказали, что за неделю у них якобы ни разу не брали мазки.

Обратное заявляют на федеральных каналах и в оперштабе. В сюжете «Первого канала» от 27 апреля про екатеринбургские больницы говорится о том, что все врачи, которые работают в «очагах инфекции», еженедельно сдают тест на коронавирус, «чтобы максимально обезопасить себя, своих коллег и родных». В региональном оперштабе также утверждают, что в 40-й больнице весь персонал инфекционного корпуса в постоянном режиме сдает тесты на коронавирус.

«Сумбурно и хаотично»: что было после заражения?

1-ю больницу после вспышки превратили в инфекционный госпиталь. Трансформация больницы и перевод больных происходили в понедельник, спустя пять дней после подтверждения коронавируса у санитарки, рассказывает сотрудник 1-й. По его словам, из стационара в «ковидный госпиталь», 40-ю больницу, перевели только тяжелых больных. Для остальных создали «грязную зону» в терапевтическом отделении.

Пациентов с отрицательным анализом сначала положили в палаты в «чистой зоне» в том же отделении. Разграничение, говорит сотрудник 1-й, было, но «не очень эффективное».

Некоторых пациентов должны были выписать в понедельник, но утром им сказали: «Извините, вы тут еще на две недели». Спустя сутки пациентов с отрицательным анализом решили все-таки выписать, взяв с них расписку об обязательной самоизоляции. «Не могу понять логики, почему их надо было оставлять на сутки [а потом выписывать]. Все было сумбурно и хаотично», — вспоминает сотрудник 1-й больницы.

20 апреля медперсонал 1-й больницы изолировали в отеле, но поначалу это коснулось не всех. Тех, кто не живет с людьми из группы риска, отправили домой, но на следующий день передумали.

«Во вторник в 6 или в 7 утра написали, что всех заселяют в гостиницу. Мы с коллегами делаем ставки, что тут на следующей неделе что-то полыхнет, потому что риск гораздо более высок, чем если бы мы жили дома, — предполагает медик. — Мы здесь тоже не по одному живем и все пересекаемся на этажах».

Теперь все сотрудники отделения терапии 1-й больницы одеваются в спецзащиту: им выдали костюмы, очки и медицинские маски. Те, кто захотел более надежной защиты, купили себе респираторы сами.

«Наше начальство тоже носится, у них градус накала гораздо выше, чем у врачей. Я вижу на их лицах, что они просто скоро с ума сойдут. Мне жалко их на самом деле. Они хорошие люди. Не хочется их напрягать, спорить с ними. Я могу себе позволить — ну, купил себе маску», — объясняет врач.

После публикации Би-би-си в региональном оперштабе рассказали, что 6 мая 1-ю больницу полностью закрыли, выписав всех пациентов с коронавирусом: «Больница закрывается для дезинфекции, которую проводит собственными силами и с привлечением специализированных организаций. Тщательной обработке подвергнутся все помещения, в том числе вентиляционные системы». Больница должна открыться «после завершения всех противоэпидемических мероприятий».

В оперштабе отказались предоставлять информацию о новых случаях заражения среди сотрудников 1-й больницы, но и не заявили об их отсутствии. «Медработникам ЦГКБ №1, попавшим в группу риска как контактным с заболевшими, была предоставлена возможность для изоляции в гостиницах Екатеринбурга. Это дополнительная мера безопасности, поскольку инкубационный период коронавирусной инфекции оценивается в 14 дней, в течение которых может быть зафиксировано заражение. Поэтому такие случаи не исключены», — сказали Би-би-си в оперштабе.

В 24-й больнице первый случай коронавируса обнаружили 13 апреля. «В 24-й больнице для пациентов c COVID-19 работают два приемных покоя. Один — в хирургическом, второй — в терапевтическом корпусе» — цитирует портал E1 руководителя горздрава Дениса Демидова. В оперштабе Би-би-си заявили, что ремонтные работы по установке шлюзов и санпропускников были начаты в феврале и к концу марта закончены в срок.

Судя по тендерам, объявленным 24-й больницей 13-15 апреля, количество мест для пациентов с коронавирусом и пневмониями после обнаружения первого случая коронавируса решили спешно увеличить. 13-15 апреля больница заключила два контракта с единственным поставщиком на устройство шлюза и санитарных комнат в хирургическом корпусе. 22 апреля больница заключила еще один контракт на ремонтные работы по устройству шлюзов.

То, что шлюзы в хирургическом отделе устанавливали в апреле, подтвердил и директор компании «Роланд», с которой больница заключила контракты, Андрей Синицын.

«Да, действительно наша фирма выполняла данные работы. Была задача делать герметичные перегородки и шлюзы в нескольких корпусах, в хирургическом больше всего работы: выполняли быстро все работы, люди трудились до поздней ночи. Помимо перегородок, руководством больницы было решено подготовить дополнительные помещения гигиены сотрудникам, которые буквально за несколько дней разделили, пробили новые проемы, зашили старые, проложили новые сети и установили душевую», — рассказал Би-би-Си Синицын.

В отделении реанимации и интенсивной терапии 24-й больницы до эпидемии было семь реанимационных коек. «В мирное время» на семь коек выходит работать один реаниматолог, рассказывает врач 24-й. В середине апреля число коек увеличили с семи до 19-ти. Затем понадобились дополнительные врачи. Трех имеющихся реаниматологов, которые могли бы сменять друг друга, уже не хватало. Кроме того, увеличилось число госпитализаций в стационар, в том числе и тяжелых пациентов с сопутствующей патологией.

Сначала врачи работали по восемь часов, потом по шесть с шестичасовым перерывом, но этот график все считали суровым. В итоге больнице потребовалось привлекать персонал из других больниц, чтобы выйти на режим шесть часов работы и 12-16 часов отдыха, чтобы врачи могли восстановиться.

Как в Екатеринбурге ищут врачей и новые койки

Проблему нехватки врачей в больницах, которые принимают пациентов с Covid-19, власти Екатеринбурга стали разрешать двумя способами.

Во-первых, к работе с больными решили привлечь студентов. 21 апреля ректор Уральского государственного медицинского университета Ольга Ковтун подписала приказ об организации практической подготовки студентов УГМУ «в условиях предупреждения распространения новой коронавирусной инфекции» (документ есть в распоряжении Би-би-си). В этом приказе есть форма заявления «на добровольное согласие о прохождении практической подготовки».

В документе говорится, что студенты будут работать в должности среднего и младшего медицинского персонала, они должны будут, например, консультировать население во время самоизоляции, доставлять продукты и лекарства, выявлять «контактных», а также участвовать в оказании медицинской помощи в больницах.

Добровольное согласие студенты должны были предоставить в деканаты своих факультетов до 30 апреля, следует из приказа.

Студенты УГМУ в социальных сетях требуют разъяснений о том, получат ли они стимулирующие выплаты, о которых говорил Владимир Путин, обеспечат ли их средствами индивидуальной защиты и жильем.

Би-би-си отправила вопросы о выплатах и предоставлении жилья в университет. В пресс-службе пообещали на них ответить, но в итоге отказались комментировать. «У нас все в процессе, пока нет информации», — сказала представитель университета Дарья Корчак.

Во-вторых, власти решили отправить в командировки врачей из других медучреждений в те больницы, в которых принимают пациентов с коронавирусом. Приказ об этом министр здравоохранения Свердловской области подписал 10 апреля.

Направить их должны в том числе из свердловского областного онкологического диспансера, который пока продолжает прием. Оттуда в случае «вспышки массовой заболеваемости» могут забрать 20 реаниматологов и 30 медсестер-анестезистов. Это значит, что в онкоцентре останутся работать пятеро анестезиологов-реаниматологов и 17 медсестер-анестезистов. Прием и оперирование больных там не прекращается, потому что «месяц промедления для онкологического больного — это ухудшение ситуации». «Был он с Т1-стадией, а станет с Т3», — объясняет врач онкоцентра.

"Начальству нельзя было оголять тылы". Как в Екатеринбурге произошла вспышка коронавируса

Из онкоцентра уже командировали в 24-ю больницу двух реаниматологов. Правда, сами врачи называют себя «добровольцами. «Когда вопрос изначально поднимался, речь шла исключительно о добровольном пребывании в 24-й. Нас никто не заставлял. Не было ни единого намека на принудительную «командировку», — говорит врач, перешедший на работу в 24-ю больницу из онкоцентра. — Согласился, потому что это хороший опыт и интересное приключение. Это первая эпидемия, которая затронула все сферы жизни практически всего цивилизованного мира».

При этом врач не отрицает, что причиной перехода в «ковидный» госпиталь стал и финансовый вопрос: реаниматологи должны получить за эту работу надбавки к зарплате — губернаторскую и, возможно, президентскую. О президентских выплатах распоряжения в больнице пока нет. «Дополнительные выплаты — это приятный бонус, даже очень», — добавляет врач.

Он и его коллега проведут в 24-й больнице 16 дней, не возвращаясь домой, после чего должны будут уйти на двухнедельный карантин.

Для увеличения числа коек в Екатеринбурге также решили отдать под прием пациентов с Covid-19 единственный хоспис и Уральский научно-исследовательский институт охраны материнства и младенчества. Это стало неожиданностью для персонала в хосписе и в НИИ.

Хоспис перепрофилировали за пару дней, и туда уже поступили «контактные» пациенты. Об этом Би-би-си рассказал один из врачей. Остался работать только дневной стационар химиотерапии, куда перешли некоторые сотрудники хосписа. Часть пациентов перевели в другой хоспис — в области, а часть пришлось выписать домой.

Общественная кампания хоспису не помогла, но еще может спасти от перепрофилирования институт охраны материнства. 27 апреля на сайте Change.org появилась петиция с требованием отменить перепрофилирование роддома. К вечеру под ней подписались больше 7 тысяч человек, сейчас у петиции более 70 тысяч подписей. В тот же день губернатор Свердловской области направил письмо Мишустину с просьбой отказаться от перепрофилирования НИИ.

В итоге в минздраве заявили, что НИИ все равно перепрофилируют, но только «в случае крайней необходимости».

***

Приехав в Москву, Олег М. стал работать на две-три ставки сначала по графику 12 часов через 12 или сутки через сутки. Но в договоре был обозначен другой график, который в итоге пришлось установить руководству больницы. Он начал работать по 24 часа с 12-часовым перерывом на отдых. В конце шестидневной недели — сутки на восстановление. За смену, говорит Олег, он три раза уходит на перерыв в «чистую зону», тогда есть возможность снять костюм.

Врачи считают, что это очень напряженный режим, и его не одобряет даже руководство больницы, но депздрав отказывается менять условия договора. «В больнице мне сказали: «Нам нецелесообразно хоронить вас здесь, нам нужен сотрудник, который будет выполнять свои обязанности, поэтому мы будем ставить вам график так, чтобы вам было более-менее комфортно и вы приносили максимально больше пользы». Но к сожалению, департамент здравоохранения на изменение графика с сохранением зарплаты не идет. Поработаю 24 через 12, если почувствую, что не буду справляться, уеду», — рассказал Олег.

При этом условия проживания для командированных врачей — «как у Христа за пазухой», говорит врач. На работу он ездит на такси, которое оплачивает департамент здравоохранения, живет недалеко от центра Москвы.

Олег, как и некоторые его коллеги, считает, что заражений врачей, как в 1-й больнице, не избежать, тем более в отделениях реанимации, где высока концентрация вирусных частиц. Для этого нужны только «супер-пупер герметичные костюмы», но в них можно пробыть только 3-4 часа. «Мне немного страшно, но это нормальное чувство. Единственное, на что я надеюсь — на молодой возраст и бессимптомную форму течения заболевания», — говорит Олег.

Врач настроен вернуться в Екатеринбург после эпидемии и продолжить работать в своей больнице. Он надеется, что получит обещанные 280 тысяч и «президентскую» и «собянинскую» надбавки — это дополнительные 150 тысяч рублей. О последних выплатах врач говорит неуверенно, потому что они не прописаны в договоре: «Если выплатят зарплату без надбавок, это будет моим фиаско, потому что с финансовой точки зрения я, наверное, проиграю. Я не заработаю такие деньги в Екатеринбурге за месяц, но заработаю за три в комфортных условиях и с меньшим риском для здоровья».

Реаниматолог 24-й рассказывает, что он тоже планировал поехать в Москву на время эпидемии «за большим рублем», но передумал: «В начале обещали 450 тысяч в месяц. И работа сутки через сутки. График в принципе нормальный, потом на собеседовании оказалось, что уже не 450, а 325 с графиком 24 через 12. За такие деньги 24 часа работы в защитном костюме нереально. Очень тяжело. Шесть часов тяжело. В Екатеринбурге человеческие условия, а в Москве — мясорубка. Скорее всего, на такие условия местные не соглашаются. Решили подтянуть с регионов».

Иллюстрации Татьяны Оспенниковой

.

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спонсоры:
Страницы